Просматривая материалы, не забывайте, что Вы находитесь на сайте благотворительного фонда, который помогает в лечении онтологически больным детям. Жизнь ребёнка напрямую зависит от небольшого пожертвования. Обращаемся к сострадательным и милосердным людям.
Быть может именно ваш небольшой вклад спасёт чью-то жизнь. Любое пожертвование можно осуществить не отходя от компьютора..
Как помочь
Для родителей
Новости

Забытые герои августа 1991 или Наполеон таких делал маршалами


Анатолий Дмитриевич ЦыганокЦыганок Анатолий Дмитриевич

  Руководитель Центра военного прогнозирования Института политического и военного анализа (ИПВА). С отличием окончил Омское общевойсковое училище. Военную академию им. Фрунзе, кандидат военных наук, профессор Академии военных наук.

Руководитель Центра военного прогнозирования Института политического и военного анализа (ИПВА) с 2003 г.
 
Родился 28 марта 1946 г. в г. Славгород Алтайского края; в 1967 г. с отличием окончил Омское общевойсковое училище, в 1980 г. - Военную академию им. Фрунзе, кандидат военных наук, профессор Академии военных наук; с 1963 по 1993 год - служба в рядах Вооруженных Сил: 1967-1977 - командир группы, командир роты глубинной разведки, начальник разведки полка, командир батальона, 1980-1984 - начальник оперативного отделения штаба соединения, заместитель начальника оперативного отдела объединения, 1984-1991 - адъюнкт, преподаватель, старший преподаватель военной Академии.
В августе 1991 г. - начальник оперативного отдела штаба обороны Дома Советов РСФСР, в сентябре-ноябре 1991 г. - при секретариате Вице-президента РСФСР (заместитель председателя Комитета по созданию Российской Гвардии), 1991-1992 - консультант, эксперт-специалист Комитета по подготовке и проведению военной реформы при Государственном Совете СССР, март-июль 1992 г. - секретарь Государственной комиссии по формированию Российской Армии и Министерства обороны РФ; полковник запаса; 1993-1999 - начальник Московского городского штаба народных дружин.

Полковник Анатолий Цыганок, в августе 1991 года был начальником оперативного отдела штаба обороны Дома Советов, вспоминает:

«Когда на Краснопресненскую набережную вышли танки, это вызвало в Белом доме панику. Но начальник штаба танкового батальона майор Сергей Евдокимов доложил представителям Ельцина, что танки прибыли для защиты Дома Советов, хотя у него был совсем иной официальный приказ. Когда министру обороны СССР маршалу Дмитрию Язову доложили, что танковый батальон перешел на сторону Бориса Ельцина, возникла легкая паника. И, как говорят, уже глубокий шок у руководства ГКЧП вызвало выступление Бориса Ельцина с танка, перешедшего на его сторону».

Так майор Евдокимов стал одним из главных героев августа 1991 года и вошёл в историю России. Никто даже имени его тогда не знал: просто скажи "майор Евдокимов" - и все понимали, о ком идёт речь. Для одних он был героем, для других – предателем.

А начиналось всё так…

В ночь на 19 августа танкисты расквартированной в посёлке Калининец 2-й гвардейской Таманской мотострелковой дивизии, в которой служил майор Евдокимов, получили приказ выдвигаться на Москву. Зачем – не объяснили. Но, судя по количеству покорёженной и побитой военной техники, которая встречалась по дороге – опрокинувшиеся БМП (боевая машина пехоты) валялись в кювете, стояли, врезавшись в дерево - сил в Москву стягивалось немало. Среди танкистов ходили слухи о студенческих волнениях, но истинной причины никто не знал. О введении в стране чрезвычайного положения начальство почему-то не сообщило.

Танки вошли в город по Минскому шоссе. У  Дома Советов остановились. Роте Евдокимова (10 танков) поставили задачу блокировать Калининский мост. Остальные пошли дальше, к центру города. По существующим правилам во время марша снаряды к танковым пушкам следуют за колонной в специальной машине сопровождения. Она должна идти за главными силами, но во время постановки боевой задачи водитель, видимо, чего-то не понял, и машина со снарядами осталась с ротой Евдокимова. Отправлять её блуждать по незнакомому городу было опасно, и, таким образом, в распоряжении Евдокимова оказался  боекомплект всего батальона.

 
 

Между тем остановившиеся танки облепили толпы москвичей. Кто-то взобрался на командирскую машину и прикрутил большой, размером метр на два, российский триколор. Начались «разговоры за жизнь». Евдокимова уговаривали перейти на сторону Ельцина, законного президента России. Он отвечал уклончиво, опасаясь провокации со стороны КГБ и прекрасно понимая, что в случае штурма Дом Советов будет взят частями, верными ГКЧП, а его просто расстреляют на месте.

«А если сам Ельцин прикажет, то выпhttp://rus.ruvr.ru/data/2011/08/16/1255461880/RIAN_00169152.LR.ru.jpgолнишь?» - спросил его некто Серёга. «Ну, если сам Ельцин — то конечно», — согласился с этой нереальной, как тогда ему казалось, гипотезой майор. Серёга исчез. Как рассказывал потом в интервью специальному корреспонденту "Известий" Владимиру Перекресту сам Сергей Евдокимов: «Я про Серёгин разговор уже и забыл — вдруг вижу: идёт. И не один, а с Юшенковым, я его в лицо знал по телевыступлениям. "Вас хочет видеть президент", — говорит Юшенков. Провели меня к Руцкому, и он передал приказ Бориса Николаевича Ельцина защищать Дом правительства. Там на втором, кажется, этаже был макет этого здания, и мы с Руцким определились, где должны стоять мои танки»…

Связь между штабом защитников Дома Советов и командиром танковой роты осуществлял  лейтенант Николай Котляров, который прибыл служить в Первый гвардейский танковый полк Таманской дивизии после окончания Благовещенского танкового училища всего лишь за две недели до "учений в центре Москвы". Сам Евдокимов не хотел оставлять солдат. «Вдруг действительно скомандуют "вперед!", и они поедут... Совсем салаги еще бойцы мои», - говорил он. 

На следующий день (20-го августа) в роту Евдокимова приехал замполит полка в сопровождении вооруженного разведчика и сказал, что его вызывают в штаб. «Не бойся, арестовывать не будем», — пообещал замполит.

В штабе с Евдокимовым беседовал начальник особого отдела, выведывал, как построена оборона Дома Советов. Потом Евдокимов написал рапорт, как всё произошло. Шуму в полку по этому поводу было много. Да и не только в полку.  Звонили из Министерства обороны — интересовались, кто такой Евдокимов и как командование допустило подобное? Между тем командование части заняло выжидательную позицию, и Евдокимову  дали несколько часов на отдых. Усталость и нервное напряжение от пережитого взяли своё, и ночь с 20 на 21 августа, когда БМП окружали центр города и погибли три человека, майор Евдокимов элементарно проспал.

Разбудили его примерно в 6 утра. В части Евдокимова ждала машина, нагруженная сухим пайком. Перед отъездом командир полка Денисов (ставший потом военным комендантом Москвы), вызвал его к себе и сказал: «если будут спрашивать, скажи, что не мы тебя вызывали, а ты сам приехал сюда за сухим пайком». Евдокимов вернулся к своим бойцам, и они ещё три дня охраняли подступы к Дому Советов.

Наполеон таких делал маршалами

Танки майора Евдокимова последними покинули Москву и под дружелюбный рёв толпы проследовали к месту постоянной дислокации Таманской дивизии в посёлке Калининец.

«Тот флаг, что мне на машину водрузили, я снял с древка — и за пазуху, на память, — рассказывает Евдокимов. — Дали нам в дорогу продуктов, водки несколько бутылок. Добрались мы до части, дернули с офицерами по “соточке” за победу демократии — и по домам. Это уже утром 24 августа было. Дома никого. Младшая дочь в садике, старшая в школе, жена на работе. Завалился я спать, а вечером Люба, жена, возвращается, разбудила меня. "Вечно ты в разные истории попадаешь", — говорит. А по глазам вижу — другое думает: "Все ты правильно сделал". И родители тоже одобрили».

Евдокимов по природе своей правдолюб. Таким, как он, вообще в жизни нелегко. А в армии тем более. Так что перспектив сделать армейскую карьеру у него и раньше практически не было, а уж после августовских событий, когда отношения с командованием ещё больше разладились, они вообще стали иллюзорными.

«Как-то приехали ко мне корреспонденты, - вспоминал Евдокимов. - Начдив говорит: скажи, что это я приказал тебе поставить танки у Белого дома. Не стал я этого делать. Потом на следствии командование тоже это говорило следователю, но я давал другие показания». Всё это, разумеется, начальству не нравилось, и Евдокимов решил уйти из дивизии. С большим трудом ему удалось перевестись в конце 1991 года в Тимирязевский райвоенкомат города Москвы. Но и там военная карьера не заладилась. Правда, новый и последний министр обороны СССР маршал Шапошников не забыл заслуг Евдокимова и присвоил ему звание подполковника, даже, несмотря на то, что тот находился на майорской должности. Но министром обороны Шапошников пробыл недолго - 26 декабря 1991 года СССР официально прекратил своё существование, и министром обороны новой России стал Павел Грачёв. Страны, которой присягал Евдокимов, больше не было, и о нём просто забыли. А может, и не хотели вспоминать. И в 2000-м году в возрасте 45 лет Евдокимов был уволен на пенсию в связи с выслугой лет.

Один из самых активных участников обороны Дома Советов (и, наверное, первый из советских генералов, выступивших против ГКЧП), кавалер медали «Защитнику Свободной России» генерал-майор Владимир Дудник, так написал о майоре Евдокимове:

"Наполеон таких делал маршалами, которые потом выигрывали сражения. Как должен поступить президент? Евдокимову – звание полковника и в Академию Генштаба. Вот вам готовый командир Кремлевского полка.

Это было бы не только красивым, но и справедливым жестом. Таким образом, Ельцин мог отблагодарить не только Евдокимова, но и всех тех рядовых истории, кто в те дни его поддержал. Но Ельцин к Евдокимову не снизошел."

Поначалу было нелегко. Денег не хватало. Хорошую работу подыскать тоже было непросто. От безысходности Евдокимов поработал даже похоронным агентом. Но потом все наладилось. Сейчас он живёт в Митино. Работает заместителем начальника службы безопасности на одном из режимных заводов Подмосковья. В свободное время клеит из детского конструктора модели танков и играет на гитаре. И никто ни на работе, ни среди соседей по дому не знает о том, что это тот самый майор-танкист, о котором в августовские дни 1991 года говорила вся страна. 

Жалеет ли он, что так сложилась его судьба? Нет

«Не только же деньгами и званиями всё меряется. Я что считал правильным, то и сделал. И не жалею», - говорит бывший майор Евдокимов, который так и не стал генералом.

Владимир Маевский
 

Читать полностью: http://rus.ruvr.ru/2011/08/16/54709397/